Знаете, что такое «похмелье»? С болью в голове, пустыней во рту и смерчем в желудке? Наверняка большинство из вас хотя бы раз в жизни испытывали всю прелесть этого коматозного состояния на себе. А знаете, что такое «невесомость»? Подавляющее большинство понятия не имеют об этом. А что такое «похмелье в невесомости»? Вряд ли. Вспомните самое тяжелое похмелье в своей жизни, возведите его в четвертую степень – и вы будете иметь отдаленное представление о том, что же это такое.

Где-то на борту орбитальной космической станции. Где-то на орбите Земли. Где-то 2017 год…

— Команди-ир… Команди-ир…
— Отва-а-лхххх…
— Команди-ир…
— Пшлна… Спатьх-х-шу…
— Команди-ир…
Шептунов понял, что выспаться ему не дадут, и открыл глаза. С первого раза сфокусировать зрение хоть на чем-нибудь ему не удалось, пришлось долго моргать и активно использовать глазные мышцы. Наконец, Шептунову удалось зацепиться взглядом за шов внутренней обшивки. Повернуть голову в сторону разбудившего его голоса Шептунов не отважился – слишком велик был риск оказать недопустимое воздействие на собственный мозг. Судя по всему, этот голос принадлежал инженеру Грише Студневу.
— Гриня, ты что-ли?
— Угу… Командир, у нас связь с Землей через двадцать пять минут…
— С какой Землей?
— С которой нас запускали…
— Куда запускали? Где мы?
— Ну ты даёшь, командир… На МКС, где же еще?

В голове у Шептунова немного прояснилось. Вчера их экипаж запустили на орбиту и, похоже, они это неплохо отпраздновали. До такой степени неплохо, что сегодня хочется умереть и не мучиться. Василий Шептунов был командиром экипажа, Григорий Студнев – бортинженером. Василий почувствовал, что в логическую цепочку его рассуждений закралась какая-то ошибка. Что-то здесь не так. Стоп!
— Гриша, мы же только вчера на станции появились, так?
— Угу.
— И напились, так?
— Угу.
— Так откуда же на МКС взялось спиртное? В таком количестве, чтобы весь экипаж сегодня умирал?
— Э-ээ…
Василий наконец нашел в себе силы повернуть голову в сторону Студнева. Бортинженер являл собой жалкое зрелище. Глядя на него, Василий понял, откуда в народном фольклоре взялись легенды про зомби.
— Гриша, вспоминай, что мы вчера делали!
— Я не могу. Не сейчас.

Из состояния относительного душевного равновесия Шептунова выел предмет, ненавязчиво выплывший у бортинженера из-за спины. Это была самая настоящая бутылка пива. Заморачиваться чтением названия этого пива, а также его производителем и сроком годности Вася не стал. С криком «Пиво!» он оттолкнулся от ближайшей стены и устремился в направлении этого божественного зелья. От немедленного открытия пол-литровой ёмкости с заветным содержимым его предостерег Студнев:
— Командир, стой!
— Чего?
— Ты когда-нибудь видел негазированное пиво? – Бортинженера, казалось, нисколько не удивило наличие этого контрабандного товара на борту МКС.
— Вообще-то даже пил. Когда в Дубне с профессорами бухали. Утром. Правда, оно было совсем невкусным. А что?
— А то! Ты представь, что будет, если эту емкость открыть в невесомости!
— Твою дивизию…
— Вот именно.
— Давай в душевую! Там же вытяжка! Подачу воды отключим и зашибись!
— Точно! Командир, ты – мозг нашего экипажа!

С лихорадочным блеском в глазах Шептунов со Студневым влетели в душевой отсек. То, что они увидели там, повергло их в состояние легкого ступора. По кабинке свободно дрейфовали два ящика баночного пива и несколько разномастных бутылок с различными прохладительными и не очень напитками.

— Это… Что?..
— Это… Склад!..
— Какой склад?
— Помнишь, командир, мы вчера договорились всю выпивку здесь складировать?
— Нет. А с кем договорились?
— Ну с этими… Как их… Ладно, давай по пивку, потом легче вспоминаться будет.
— Давай…

Первую бутылку, как и следовало ожидать, они «потеряли». Всё её газированное содержимое довольно быстро поглотила вытяжка. Однако, ресурсов для повторения натурного эксперимента оставалось хоть отбавляй, а потому уже через пять – десять минут командир и бортинженер в состоянии «глубокого морального удовлетворения» принялись вспоминать свои вчерашние подвиги.

— Слушай, Гринь, а где наш биолог? – Спросил Шептунов после некоторого прояснения в голове.
— О-па! Точно! Про Валерку-то мы и забыли! – Валера Снедко был биологом их экипажа.
— Давай, Гринь, найди его и тащи сюда. Я полагаю, сегодня у него тоже тяжёлое утро выдалось.

Снедко нашелся в исследовательском отсеке. Не тратя времени на объяснения, Студнев за воротник приволок его в душевую. Стоит отметить, что во время транспортировки Снедко так и не проснулся. Командир тем временем заканчивал вторую банку, закрывая в перерывах между глотками отверстие в крышке большим пальцем.

— Валера! Подъём!!!
— У-уу…
— Валера! Пиво!!!
— У-уу? – Снедко открыл сначала один глаз, потом второй и нацелился ими на источник звуковых возмущений, — Хде???
— Вот. Только осторожно. У нас тут, некоторым образом, невесомость. – Шептунов протянул биологу нераспечатанную банку пива. Банка исчезла в недрах Валеры в считанные секунды, причем ни одна капля её содержимого не пропала зря.
— Хорошо. – Валера причмокнул. – А хде эти, вчерашние?
— Кто?
— Ну, вчерашние… Гуманоиды, блин.

Сквозь пелену тумана в голове внутреннему взору Шептунова предстал образ невысоких длинноруких серых человечков. Вот они появляются на станции, и начинают с ним разговаривать, не открывая рта… Телепатия… Видение исчезло в тумане вчерашнего вечера…

— Слушай, а кто они?
— Инопланетяне, наверное.
— А как они вообще здесь оказались?
— Прилетели, как же ещё. А чё, командир, у тебя все так плохо сегодня?
— Уже неплохо.
— Понятно. Короче они на своей железяке вчера рядом с нами зависли. Минут через десять странным образом у нас в жилом отсеке оказались. Сказали, что они – вольные торговцы расы Харон и прибыли к нам контакты налаживать. Они, кстати, телепатией владеют.
— А куда они подевались?
— А хрен знает. Может по бабам полетели после пьянки.
— Пьянки?
— А откуда по-твоему на борту МКС столько спиртного взялось?
— Они что ли привезли?
— Угу. С Земли.
— Вот те на… А с чего вдруг?
— А кто тут кричал, что дорогих гостей встречать за роскошным столом нужно? Кто их на Землю за выпивкой послал? Как «самых молодых»?
— Неужели я?
— Неужели не помнишь?
— Не-а. Ну и что, мы с ними так нахлопались?
— Естественно. Им кстати наш алкоголь очень понравился. Долго говорили, что подобных ощущений никогда не испытывали. Ну а потом я уже хорошо набрался, плохо помню, что было.
— Ёпть… Вот так отличился. Слушай, а они что нам с Земли подняли?
— Водку, коньяк, вино, пиво. Пиво – в немереных количествах, как ты и просил.
— У-уу, блин, что-ж меня вчера так понесло? А чем закусывали?
— Запивали. Газировкой. Ты же сам сказал, что на борту космической станции должен царить аскетизм. Скажи спасибо, что я вчера не поддался твоим уговорам траву синтезировать.
— Спасибо… Слушай, нас вчера на женщин не потянуло? В смысле, чтоб нам их на орбиту доставили?
— Нет, где-то после третьей бутылки гуманоиды были не прочь, кстати, как и ты, Гринь, — Снедко укоризненно посмотрел на инженера, — но командир запретил, сказал, что женщины – корень всего зла на Земле, и нефиг из МКС бордель устраивать.
— Ну, слава богу.
— Н-да, хорошо вчера погуляли. Может, еще по пивку, а, командир?
— Давайте, чего уж там.

Следующие десять минут у экипажа ушли на вдумчивое распитие пива. Пиво пили молча, каждый думал о своём.

— И всё-таки, куда наши инопланетяне подевались? – Между делом поинтересовался Шептунов.
— Командир!!! У нас же связь с Землей!!! – Студнева будто подбросило.
— Ну так связь настраивай, инженер, блин! – Шептунов со Студневым вылетели в жилой отсек.

Гриша пару минут возился с пультом связи. Лицо его выражало всё большее и большее недоумение.

— Слышь, командир, я на Землю настроиться не могу. Такое ощущение, что антенны ориентацию на ЦУП потеряли…
— Здрасьте… Если что – вручную настроим… Погоди, а может, пока мы спали, МКС ориентацию потеряла? Давай-ка визуально определимся. Где у нас Земля?

Командир с Гришей подлетели к иллюминатору. Потом к другому… К третьему… Когда они облетели все иллюминаторы их настроение сильно ухудшилось.

— Так, Гриша, где мы?
— Не на орбите Земли – это точно. И вряд ли на какой-нибудь орбите вообще, судя по отсутствию планет поблизости.
— Когда успели?
— Что?
— С орбиты сойти? В космос улететь? Где мы, бля???
— Командир, не знаю… — Гриша не на шутку испугался. – Может это… Инопланетяне похитили?
— А где тогда сами грёбаные инопланетяне? Нас похитили и смылись? Не вижу логики.
— Так они же напились. Может, пошутили?
— Шутка затянулась. Пойдем, Валерку обрадуем.
— Я уже радуюсь. – Снедко, оказалось, уже влетел в жилой отсек.
— И в чём прикол? – Шептунов сложил руки на груди, что со стороны казалось очень комичным, учитывая то, что он висел вниз головой по отношению к двум другим членам экипажа.
— Ох, не знаю. Вернее, не помню. Я одного понять не могу – куда китаец подевался?
— Какой еще китаец? – Шептунов с выражением невыразимой скорби на лице посмотрел на биолога.
— А с чего бы это собственно нашему экипажу международным называться? Только потому что я – хохол по происхождению?
— Ох, мама, роди меня обратно. – Шептунов вдруг вспомнил, что четвертым членом их экипажа числился Ким Ли Хонг – один из первых китайских космонавтов. – Давайте его найдем на всякий случай.

Китайский космонавт нашелся в отсеке управления, за одной из панелей, где он, свернувшись в клубочек, мирно спал. Когда его, наконец, растолкали, китаец на ломаном русском закричал:
— Отстаньте! Я не могу больше пить!
— Погоди, Ким, может тебе пивка? – Валера широко улыбнулся.
— Нет!!!
— Ну нет, так нет. – Шептунов буквально излучал дружелюбие, — Слушай, может ты знаешь, куда нас занесло?
— Не знаю. Василий Петрович, вы же сами попросили инопланетян показать вам галактику!
— Да??? В смысле, да!!! Но я что-то не припоминаю, в каком именно месте они прекратили показывать нам галактику.
— А зачем было так их поить? Если бы я в своё время в Москве не учился, в Институте Дружбы Народов, я бы, наверное, умер. Их другой корабль остановил, они на него пересели. Нам на память вот этот передатчик оставили, — Ким протянул командиру чёрную сферу с выступающим из неё маленьким цилиндром, — сказали, если будут проблемы, нужно нажать кнопочку, и к нам в течение пяти-семи минут прибудет их военный патруль.
— Гринь, попробуй, — Шептунов протянул инженеру сферу, — Ладно, Ким, отдыхай, если хочешь… А то смотри, если что, пивка можно дерябнуть, у нас его навалом.
— Целый ящик остался, — встрял Снедко.
— Вроде больше. – Удивился Гриша.
— Не, один уже кончили.
— С ума сошли. Просил же не назначать меня в экипаж к русским. – Ким попытался поглубже залезть в щель между панелью и обшивкой и закрыл голову руками.
— Ладно, ребята, давайте дадим отдохнуть нашему китайскому коллеге. – Шептунов оттолкнулся от панели. – Гринь, ну как, работает эта хреновина?
— А чёрт её знает. Я, вроде, на кнопочку нажал, — Гриша показал командиру сферу. Выступавший из неё цилиндр был утоплен внутрь.
— Ну что, ждём пять-семь минут. Уж их патруль-то должен нас обратно отправить. Так, экипаж! Слушай мою команду! Если что – всё валим на меня. У меня хоть знакомые серьезные есть в РосАвиаКосмосе. – Командир с серьёзным видом сложил руки на груди.

Столько экипажу МКС ждать не пришлось. Уже через две минуты рядом со станцией завис красный иглообразный силуэт, а через три в жилом отсеке МКС появились четыре невысокие длиннорукие фигуры. Один из гуманоидов (видимо старший) поводил своими серебристыми фасеточными глазами вправо-влево, после чего посмотрел на Шептунова.
— Зачем вы нас вызвали? Вы активировали аварийный маяк. У вас произошла авария? – Прозвучало в голове у Шептунова.
— Как вам сказать… Мы немного заблудились. И без вашей помощи не сможем попасть домой, а это грозит нам медленной мучительной смертью.
— Хорошо, мы поможем вам. Назовите координаты ближайшей из подконтрольных вам планет, мы доставим ваш космический корабль на геостационарную орбиту этой планеты.
— Гм… Мы не знаем координат. Название планеты – «Земля».
— Как вы могли отправиться в путешествие не зная начальных координат?
— Нам помогли. Нам помогли ваши собратья. Они же оставили нам этот маяк.

Гуманоид обернулся. Один из его подчинённых импульсивно заморгал. Гуманоид покачал головой вперёд-назад и взглянул на Шептунова.

— Мы знаем, где ваша планета. Мы поможем вам попасть на её орбиту. Путь займёт шесть часов по вашему временному счислению. Готовьтесь к полёту.
— Да мы, собственно готовы, — Из-за спины Шептунова выскочил Валера, — Командир, где же наше гостеприимство? Они нас, можно сказать от смерти спасают, а ты стоишь как пень!
— Действительно, нехорошо, — Шептунов повернулся к главному гуманоиду, — Не побрезгуете нашими угощениями?
— Мы готовы испробовать вашу пищу.
— Валера, я в душевой пару бутылок водки видел, вылови их. Гринь, принеси сюда пиво… Три, нет, четыре банки в патрубок вентиляции душевой засунь на всякий. Мало ли. Да! Там еще бутылка коньяка летала, ты её прихвати. Мужики, газировку не забудьте, не борщом же из тюбика закусывать! Эх, чёртова невесомость.
— А она вам мешает?
— Э-ээ, немного.
— Может, вам создать локальное гравитационное поле? — Гуманоид с интересом взирал на приготовления экипажа МКС.
— Было бы неплохо. А почему ваши, гм, подчинённые толпятся у стены? Пусть тоже попробуют нашей кухни.
— Да? – Инопланетянин некоторое время переглядывался со своими одноплеменниками. В итоге все четверо приблизились к Шептунову, а на МКС появилась гравитация.

Из душевой выбежали Гриша и Валера. У первого в руках была бутылка водки, у второго – пластиковая полторашка газировки. Командир разлил водку в семь импровизированных стаканов протянутых ему Гришей. Стаканы были сделаны из пустых пивных банок. Когда все присутствующие разобрали ёмкости с «огненной водой», Шептунов провозгласил:
— Ну, мужики, за знакомство!!!

Добавлено (12.11.2008, 20:30)
---------------------------------------------
если понравилось - ещё выложу

2017 год от рождества Христова…
То, о чём так долго говорили, чего так долго ждали и что так долго предсказывал Нострадамус свершилось…Наступил конец света…

Анатолий Ефимович Малинников, профессор, доктор исторических наук, член-корреспондент Российской Академии Наук, сидел в архиве Российского Государственного Университета и изучал образцы древних манускриптов, только вчера доставленных с раскопок в Индии, когда в комнату вбежал его аспирант и помощник по научной работе Хосе Муньос Идальго Магомет-оглы.
- Анатолий Ефимович!!! Анатолий Ефимович!!! Ана…
- Я здесь, хватит кричать, а то все мои мысли распугаете, отрок.
- Анатолий Ефимович, - уже шёпотом произнёс «отрок», - конец света настал…
- Не понял? Университету опять электричество отключили? Никак, опять мне за всю академию отбрехиваться, на приём к президенту идти, объяснять, так, мол, и так, наука бедствует?
- Нет, Анатолий Ефимович, в самом, что ни на есть, прямом смысле! – Магомет-оглы сорвался на крик, - Шары огненные с неба падают, паника повсеместная, правительства все на «Боингах» в воздушном пространстве барражируют, командуют, так сказать, с высоты птичьего полёта.
- Хм… - хмыкнул Анатолий Ефимович, - сдаётся мне, студиозусы наши изобрели новый способ избежать экзамена… И вообще, Хосе Муньос, запомни, «Боинги» летают значительно выше, чем птицы. Птицы выше тысячи метров редко летают… А у «Боингов» тысяча – внештатка, если конечно не взлетают иль садятся. А посему метафора твоя насчёт «высоты птичьего полёта» нежизнеспособна. Вот! – Малинников стукнул кулаком по столу и торжествующе посмотрел на Магомет-оглы.
- Вы правы, Анатолий Ефимович, но, как бы это вам подоходчивее сказать… Армагеддон не ждёт!!! Вы жить хотите?!!
- Зачем же так кричать в присутствии старших? А что, действительно всё так срочно? Инопланетяне атакуют?
- Да какие инопланетяне, - по лицу Магомет-оглы было заметно, что он вот-вот заплачет, - Анатолий Ефимович, родненький вы мой, ВСЁ!!! Конец света, Армагеддон, Апокалипсис, Писец! Спасайся, кто может!
- А-а, так бы сразу и сказал, а то «шары огненные», «правительства с высоты птичьего полёта»… - Малинников кряхтя поднялся с кресла, - да ты не переживай так, Хосе, всё уладится.
- Да? А я в библии другое читал!
- Так ведь прочесть – самое малое дело, вот истолковать правильно… Над тем не один век учёные мужи бьются! Ладно, не паникуй, всё поправимо.
- Как поправимо? Это же конец света!
- Ну конец – не конец… Да и конец-то любой оттянуть можно. Хоть на пару деньков… Ладно, Хосе, по всему похоже, настала пора рассказать тебе великую миссию Хранителей Архива Россейского Государственного Университета…
- Ик…
- Вспоминает кто, или с испугу?
- С испугу…
- Бывает, не стесняйся. Только не перебивай больше… Значит так… Мы – Хранители, а храним мы великий секрет…
- Ик… простите, я больше не буду…
- А храним мы великий секрет! А ты, между прочим, должен был стать моим преемником на посту хранителя, но, видать, не судьба…
- Ик… а секрет-то какой?
- Оружие! Оружие супротив сил тьмы! «И когда все четыре всадника пронесутся над землёй, когда прольётся дождь огненный, тогда выйдут на бой последний силы света и силы тьмы, и будет великая сеча»… Ну да это из забытых текстов, одним Хранителям ведомых…
- И?
- А большего нам, смертным, знать не положено!
- Я про оружие.
- А, оружие… Так тут всё просто, оно в подвалах под Архивом погребено, до лучших времён.
- Анатолий Ефимович, настали те времена!
- Ты полагаешь? – Малинников почесал затылок, подошёл к окну, крякнул и махнул рукой, - Да, будь по-твоему! Действительно, похоже, что всем армагеддец настал! – Анатолий Ефимович ехидно хихикнул.
- Ик… В смысле ну и?
- Ах, да, оружие… Слушай и запоминай, каждый Хранитель назубок сие помнить должен! «Линия розы укажет вам путь. Цель под стенами ргуслина ждёт. Щит и меч там охраняют вход. Вдали от пирамид погребена она, её улыбка до сих пор видна». Итак, Хосе, о чём нам говорят эти строки?
- Джоконда! Там ведь про улыбку! А самая знаменитая улыбка у Джоконды!!!
- Там ещё и про пирамиды говорится. А ты знаешь, сколько народу погибло в ловушках пирамид?
- Нет…
- Вот! Не всё то золото, что блестит! Во-первых линия розы, во-вторых стены ргуслина, в-третьих щит и меч, в-четвёртых, чем дальше от пирамид – тем ближе к цели… М-да, задачка…
- Профессор, там сказано «под стенами ргуслина»!
- Так и есть.
- РГУ – Российский Государственный Университет! Значит, под ним и закопано!
- Не бином Ньютона, я тебе сразу сказал, что под местным архивом оружие находится. Однако, молодец, оценил твою находчивость…
- Профессор, что-то мне на ум ничего более не идёт. Может, вы чего разгадаете? Хранитель как-никак.
- Элементарно, Ват… Хосе! Во-первых, линия розы! Видишь эту розу в горшочке на окне? Так вот, в этом горшочке розы выращивали ещё в те времена, когда я студентом был! Во-вторых, пирамиды у нас где находятся? В Египте! А Египет где? На юге! Вот тебе и линия розы. – Малинников достал из кармана брюк компас и провёл мелом черту от горшка с розами строго на юг. Черта эта упёрлась в противоположную стену. Анатолий Ефимович озадаченно посмотрел сначала на компас, потом на мел, затем убрал и то и другое в карманы брюк и сосредоточенно нахмурился.
- Там ещё про щит и меч было сказано, Анатолий Ефимович…
- Точно! – Малинников хлопнул себя по лбу, - Так вот, Хосе, да будет тебе известно, английское слово shit, которое по-русски произносится как «щит», означает всего-навсего фекалии. А где у нас в университете наблюдается наибольшее скопление этих самых фекалий?
- В сортире!
- Точно! А где у нас ближайший сортир?
- Там! – Магомет-оглы радостно ткнул пальцем в направлении северо-запада.
- Во-от! А меч – это что?
- Э-э-э…
- Это наши охранники! А где у нас ближайший пост охраны?
- Там! – Магомет-оглы радостно ткнул пальцем в направлении юго-востока.
- Итого проводим линию! – Малинников подмигнул Хосе и провёл ещё одну линию мелом. – Что и требовалось доказать!
Две белых линии пересеклись прямо посредине комнаты, в которой находились профессор с аспирантом.
- Ну что, Хосе, надо долбить… - Анатолий Ефимович скептически посмотрел на пол под ногами.
- Сейчас организуем!

Пятнадцать минут спустя Хосе вернулся с вечно пьяным и вечно молодым завхозом Пашей и отбойным молотком. После того, как на подоконник была поставлена бутылка водки, работа закипела. Паша безо всяких угрызений совести уничтожал отбойным молотком вековую кладку пола. По лицу Паши было заметно, что отбойный молоток ему только мешает. Те полметра пола, которые отделяли его от вожделенного пузыря, он с большим усердием и КПД разгрыз бы собственными зубами.
Ещё через полчаса завхоз Паша был осчастливлен поллитрой, а наши учёные – метровой в диаметре дырой, красовавшейся в полу библиотеки.
- Ну что, Хосе, надо прыгать, - прошептал Малинников, и с криком «двум смертям не бывать» сиганул вниз.
Магомет-оглы ничего не оставалось, кроме как последовать за своим учителем. Внизу его ждала странная картина. Посреди комнаты стоял прозрачный саркофаг, в котором лежала довольно симпатичная девушка. У изголовья, скрестив ноги по-турецки, сидел на полу Малинников и читал какой-то манускрипт.
- Это что? – Помимо воли вырвалось у Хосе.
- Это – наше оружие, мой юный друг…
- И как им воевать?
- А ты «мануал» прочитай, - Малинников протянул манускрипт Хосе.
Магомет-оглы взял пергамент.
- Угу, «Инструкция по активации «Спящей девы-2000»»… И что?
- А ты читай и действуй, а то я стар уже стал до ваших забав. Только вслух читай.
- Хорошо… - Магомет-оглы наморщил лоб, - «Первое. Убедиться, что ни вы, ни ваши ближайшие родственники не болеют СПиДом, либо другими венерическими заболеваниями. Второе. Снять предохранительную крышку с консервационного саркофага. Третье. Образовать губами эллипс с соотношением большой и малой полуосей пять к четырём. Примечание. В случае сухости губ, облизать их круговым движением языка. Четвёртое. Коснуться заэллипсированными губами губ «Спящей девы», плотно прижать их к ней и создать зону разряжения между губами пользователя и губами «Спящей девы». Пятое. При ответной реакции (раскрытии губ) «Спящей девой» немедленно внедрить язык в ротовую полость объекта с последующими круговыми движениями. При ощущении недостатка воздуха пользователю рекомендуется прервать процедуру. При отсутствии реакции со стороны «Спящей девы» процедуру рекомендуется повторить с повышенной интенсивностью. Примечание. Если вид «Спящей девы» по какой-либо причине вызывает у пользователя отвращение, рекомендуется использовать приворотное зелье, которое находится в нижней части саркофага в количестве двадцати ёмкостей. Состав приворотного зелья: вода питьевая, спирт этиловый ректификованный из пищевого сырья «Люкс», дрожжи прессованные хлебопекарные, регулятор кислотности – натрий двууглекислый, регулятор кислотности – кислота яблочная, калий марганцовокислый. Приворотное зелье использовать и добавлять в процедуру по вкусу пользователя. Приятной активации»…
- Всё понял?
- Это… А что я должен был понять, Анатолий Ефимович?
- Как активировать наше оружие. Понял?!!
- Да!
- Выполняй!
- Есть!

Хосе икнул напоследок, сделал сосредоточенное лицо и приступил к активации. Секунд через двадцать неведомая сила отшвырнула его метра на два.
-Полегче, гарный хлопец, мы даже не знакомы, - «Спящая дева» потянулась и села, - Зачем разбудили?
-Так это… Конец света наступил.
-Шо, опять? Не надоело ещё? Поспать не дадут, изверги… Ну и чего вы хотите от меня?
-Вы – вроде как наше оружие, милая барышня, - улыбнулся профессор, - вот мы и хотели бы узнать, каким образом вас использовать.
-Во-первых, никакое я не оружие, я – Белоснежка! Во-вторых, кто там хотел использовать меня? Вы для начала цветы даме подарите! А то сразу использовать…
-Извините, Белоснежка, я не совсем понял…- промямлил Магомет-оглы.
-Да ладно тебе, гарный хлопец, стесняться, мы с тобой в одной упряжке… В смысле супротив сил зла…
-Дорогая барышня, а можно узнать, каким образом вы собираетесь помогать нам в войне с силами зла, если не являетесь оружием? – Профессор поправил очки.
-Я буду вашим консультантом по персоналу. В войне с армией тьмы вам понадобится ваша собственная армия. Армия света.
-Тогда, может быть, приступим?
-Я полагаю, самое время, - Белоснежка достала откуда-то из глубин саркофага средних размеров блюдечко с голубой каёмочкой и наливное яблочко, положило блюдце так, чтобы его было видно всем и, с ловкостью бывалого работника казино, запустила яблочко точно по голубой каёмочке, - Итак, первое предложение с рынка трудоустройства борцов со злом. Богатырь русский, из города Мурома, по имени Илья.

В центре блюдца появилось изображение огромного бородатого мужика в блестящих доспехах. Мужик этот восседал на коне и чесал затылок, глядя на валун метровой высоты с непонятными письменами. Белоснежка сделала паузу, чтобы профессор и аспирант смогли повнимательнее его рассмотреть и продолжила:
- Воин силушки немереной и души широкой. Предпочитает холодное оружие. Эффективно действует против скоплений живой силы врага. И это ещё не всё! Согласившись нанять сего воина, в качестве подарка вы получаете ещё двух – Добрыню Никитича и Алёшу Поповича. Данная тройка не имеет равных в ближнем бою при значительном численном превосходстве противника.
- Извините, а что значит «нанять»? Боюсь, сударыня, наши фонды крайне ограничены.
- Не беспокойтесь, всё уже оплачено.
- Кем?
- Спонсор пожелал остаться неизвестным.
- Подождите, если оплачено абсолютно ВСЁ, то мы можем нанять весь список! – Радостно воскликнул Хосе.
- Я бы вам не советовала. Во-первых, чем больше армия, тем труднее координировать её действия, плюс возможные конфликты между бойцами, личная неприязнь. Во-вторых, армия тьмы всё равно будет гораздо многочисленнее, открытые боевые действия обернутся катастрофой. Нам предстоит вести партизанскую войну, а для этого больше подходит небольшая, грамотно подобранная диверсионная группа. Вот так.
- А в-третьих? – Хосе внимательно посмотрел на Белоснежку.
- Что «в-третьих»?
- У вас было «во-первых» и «во-вторых». Обычно бывает ещё и «в-третьих».
- Да? Может быть потом появится… Так что, берём богатырей?
- Пригодятся. Внушительные ребята.
- Я тоже так думаю… Следующие в списке – четвёрка королевских мушкетёров. Мсье Атос, мсье Портос, мсье Арамис и мсье Д’Артаньян. Все четверо отлично обращаются со стрелковым оружием. Эффективны как в ближнем бою, так и в уличных перестрелках. Прошли курс подготовки по обороне отдельно стоящих крепостей. Имеют контакты самого высокого уровня в зарубежных правительствах. Коммуникабельны, способны быстро налаживать отношения с местным населением женского пола.
- Контакты в зарубежных правительствах нам пригодятся. Берём.
- Отлично. Следующая номинация – Робин Гуд. Отлично владеет холодным, метательным и бесшумным стрелковым оружием. Наибольшего успеха достиг в использовании боевого лука. Инструктор по диверсионно-подрывной деятельности. Специализация – военные перевороты.
- Специалист такого профиля нам просто необходим. Кто дальше?
- Михаил Илларионович Кутузов. Боевой командир самого высокого уровня. Умеет налаживать дружеские отношения с подчинёнными. Отличный стратег и тактик. Специализация – боевые действия в условиях арктического климата, война на истощение.
- Тоже пойдёт.
- Белоснежка, у нас есть спец по войне в арктическом климате, хорошо бы ещё получить спеца по войне в тропическом. Помнится мне, был такой генерал Роммель. Эрвин или Ирвин, не помню точно.
- К сожалению, данный специалист уже завербован тёмными силами.
- Жаль… - профессор вздохнул, - Пожалуй, закончим со специалистами, а то, как правильно заметила мадемуазель Белоснежка, ничего хорошего не выйдет, каждый будет тянуть в свою сторону. Давайте перейдём к наполнению нашей армии рядовым составом.
- Здесь всё очень просто, - Белоснежка подмигнула Хосе, - к вашим услугам отряд морской пехоты в количестве тридцати трёх бойцов под командованием майора Черноморцева по кличке Черномор. Идеальный выбор для нашей маленькой победоносной армии.
- Замечательно! Пожалуй, на этом кастинг можно считать завершённым.
- В таком случае прошу проследовать за мной.
Белоснежка подошла к стене, нажала на какой-то камень, и борцам с силами тьмы открылась лестница, ведущая куда-то вниз. Белоснежка махнула рукой и побежала вниз по лестнице. Профессору с аспирантом не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ней.
Спускались они долго, минут двадцать, пока, наконец, не выбежали на странное каменистое плато. Растительная жизнь здесь напрочь отсутствовала. Над головой со скоростью поезда проносились низкие серые облака. Оглянувшись, Магомет-оглы увидел, что выбежали они из башни, вершина которой скрывалась высоко в небе. Кроме них на плато находились все нанятые ими воины. Мушкетёры в голубых накидках, богатыри в доспехах, Михаил Илларионович в парадном мундире. У всех воинов на груди красовалась надпись «Спонсор сборной по борьбе со злом – Чукотские авиалинии».
- Похоже, вопрос о нашем благодетеле решился сам собой, – пробормотал профессор.
- А вот и наша команда, прошу любить и жаловать, - Белоснежка не заметила сарказма в словах Малинникова, - Сейчас небольшая передышка, а потом выходим на поле боя.
- Почему так в России берёзы шумят?.. – из-за башни вышел светловолосый голубоглазый парень.
- Это ещё кто? - удивился Хосе.
- Тс-с, тихо, это – Саша Белый, - Белоснежка одёрнула аспиранта, - он сам оплатил своё участие в этой битве. И своей съёмочной группы тоже.
- И чем он сможет нам помочь?
- Если мы выживем, то получим большие деньги за участие в его новом проекте.
- А в плане предстоящей битвы?
- Молодой человек, вам оружие для войны требуется? – Это уже сам Саша обратился к Магомет-оглы.
- Так вроде все воины со своим оружием поставляются… Всё в одном, так сказать.
- Так-то оно так, конечно. А десяток РПГ седьмых вам сильно помешает?
- Э-э-э… Нет, не очень.
- В таком случае, повернитесь в профиль к камере… Профиль у вас замечательный, будете у нас персонажем второго плана… Сейчас вам жизненную историю мои сценаристы придумают. Вы не против неразделённой школьной любви? Значиться так, по сценарию вам придётся погибнуть ближе к концу фильма.
- Я не хочу погибать!
- А вас уже никто не спрашивает. Сценарий утверждён.
- Анатолий Ефимович, как же так? Я ещё не готов умереть.
- Не переживай, отрок, то фильм, а не реальность. В фильме ты хоть десять раз подряд погибнуть можешь, а так – жив и здоров останешься. Я правильно понимаю, Александр?
- В принципе да, но лучше бы ему прямо перед камерой по настоящему погибнуть. Для реализма, так сказать. – Саша Белый скорчил недовольную гримасу, - Хотя, если он так важен для дела, сможем и дублёра в расход пустить.
- Так вы уж, будьте добры, дублёра. Хосе для успешного завершения кампании просто необходим.
- Реализм пострадает… Но если вы просите, так тому и быть.
- А теперь всем отдыхать! – Отрезала Белоснежка, - Накапливаем силы перед сражением с войском тьмы… Поверьте, пригодятся…
Выспавшись, борцы со злом спустились с плато на каменистую долину. Метеорологические условия не улучшались, небо оставалось всё таким же свинцово-хмурым. Далеко впереди, практически на уровне горизонта клубилась пыль.
- Это что? – Хосе указал пальцем в сторону «пыльной аномалии».
- Супостаты. В смысле, армия тьмы, - Белоснежка зевнула, - прошу любить и жаловать… Но на просьбе своей настаивать не буду.

Прошло где-то полчаса, и борцы со вселенским злом уже могли различить воинов из первых рядов. Были среди них и странные бойцы в белых скафандрах, и арабские лучники на верблюдах, и солдаты с белыми крестами на чёрных касках, и, даже, самые обыкновенные скелеты с щитами и мечами. С воздуха их прикрывали драконы и странные машины, состоящие из центральной цилиндрической части и двух шестиугольных пластин по бокам. Конструкция машин нарушала все законы аэродинамики, и было непонятно, как они вообще держатся в воздухе.
- Ё-моё, это же целая орда… - Саша Белый первым сбросил с себя оцепенение, - Что делать будем?
- Михаил Илларионович, вы у нас главный стратег, ваше мнение?
- Беж… В смысле, отступаем.
- Куда?
- Туда! – Кутузов ткнул пальцем в противоположную от врага сторону.
- Не пристало богатырям русским ордам поганым спину показывать! – Авторитетно заявил Илья, что из города Мурома, и поднял вверх свой меч-кладанец.
- Илюша, сладкий мой, мы тебя наняли, так? – Проворковала Белоснежка.
- Ага, - расплылся в улыбке Илья.
- Так изволь условия контракта соблюдать!!! – На этот раз Белоснежка гаркнула так, что шлем Ильи сполз на левое ухо, а один из морских пехотинцев Черномора упал с лошади. – Сказано отступать, значит отступать!
- Ладно, красна девица, не серчай! Кровушка богатырская вскипела… не вовремя.
- На том и порешили! – Заявила Белоснежка и пришпорила своего коня.

Скакали они долго, армия тьмы не отставала. На исходе восьмого часа скачек впереди показалась небольшая каменная башня, явно принадлежавшая раньше к замковому ансамблю, руины которого наблюдались окрест этой самой башни.
- Каналья! – Воскликнул мсье Д’Артаньян. – А не отобедать ли нам в этой прекрасной крепости? Атос, Портос, Арамис, вы ещё не забыли тот чудный погожий денёчек в Ля Рошели?
- И то дело, - улыбнулся мсье Портос, - у меня с утра маковой росинки во рту не было. Я так голоден, что готов сожрать всех этих мсье, преследующих нас, вместе с лошадьми и этими странными механизмами, которые над ними летают.
- Я поддержу вас, друзья, но только в том случае, если мадемуазель Белоснежка, - Арамис отвесил галантный поклон в сторону «мадемуазель Белоснежки», - не против.
- Мадемуазель Белоснежка совсем не против! - Белоснежка светилась как новогодняя ёлка.
- Портос, Арамис, Д’Артаньян, я с вами, друзья мои, - Атос положил указательный и средний палец своей правой руки на кисть левой, - Только дайте мне бутылку доброго бургундского. У меня опять депрессия разыгралась, жену свою первую вспомнил.
- Вот, мальчик мой, урок тебе, - шепнул профессор аспиранту, - жену выбирай долго и тщательно, иначе станешь философом.
- А что, философом быть плохо?
- Как тебе сказать… На эту тему можно долго философствовать… О чём это я? Михаил Илларионович, вы не против сделать привал в этой башне?
- Отчего же, вполне себе защищённый бастион. Согласен!
- Договорились. Итак, внимание всем! Мы делаем привал в этой башне. Всех прошу внутрь.

«Все» не заставили себя ждать и проследовали внутрь башни. Богатырь Илья из города Мурома припёр ворота изнутри росшим неподалёку вековым дубом, и армия света расположилась на привал. Морские пехотинцы под руководством батяни-комбата Черномора с упоением поглощали макароны по-флотски. Королевские мушкетёры смаковали телятину в соусе из шампиньонов, запивая её бургундским и время от времени постреливая через бойницы башни в наступавших из своих мушкетов. При этом Арамис успевал шептать что-то на ушко Белоснежке, а Атос тихо напевал что-то про «невесту графа Де Ля Фер». Доблестные русские богатыри жарили на вертеле телёнка, а профессор и аспирант довольствовались «завтраком туриста» из резерва Генштаба СССР, если верить этикетке.
Когда трапеза закончилась, Малинников подошёл к тройке богатырей.
- Господа богатыри, для успешного планирования наших дальнейших действий нам необходимо провести разведывательную операцию. Вы на эту роль подходите как нельзя кстати. Согласны?
- Да! – в один голос ответили Илья, Алёша и Добрыня.
- Тогда слушайте вводную. Вам нужно тихонечко, так чтобы никто не заметил, покинуть башню и проскакать по тылам противника. Осторожно разведать их численность и найти слабые места. Всё это нужно сделать тихо и без шума.
- Всё ясно!

Богатыри оседлали коней и выехали из башни через незаметную, поросшую высоким кустарником брешь. Брешь эту приметила Белоснежка во время обеда. Анатолий Ефимович и Хосе поднялись наверх, к мушкетёрам. Профессор поднял с лестничной ступеньки непонятно как попавший сюда бинокль и поднёс его к глазам.
Внизу, метрах в ста от башни расположилась армия противника. Не прошло и пары минут, как в поле зрения профессора появились три богатыря. Они остановились метрах в пятидесяти от врага.
- Трепещите, орды тёмные! – Прокричал Илья, что из Мурома.
- Кто хочет на себе испытать силушку богатырскую?! – Выкрикнул Добрыня, сын Никиты.
- Анархия – мать порядка! Рок жив! – Гаркнул Алёша, поповский сын, и поднял вверх кулак, выпрямив при этом указательный палец и мизинец. Только сейчас профессор обратил внимание на обилие пирсинга на лице богатыря.
Тёмные орды с изумлением уставились на эту троицу. А богатыри времени не теряли. Они выстроились клином и помчались прямо на врага. Когда они врезались в ряды противника, Хосе вспомнилась игра в боулинг, шар, от которого в разные стороны разлетаются кегли.
- Н-да, вот это я называю «тихо и без шума», - вздохнув, пробормотал профессор.
Прошло уже полчаса, богатыри всё так же продолжали прореживать ряды противника, Хосе заскучал. Внезапно на встречу богатырям выползло здоровенное зелёное чудище о трёх головах. Богатыри с упоением принялись рубить ему головы, но вот незадача – на месте одной вырастало три. Тёмные орды расступились, образовав вокруг бьющихся свободное пространство. Кое-то из врагов даже начал принимать ставки на исход боя. Разведывательная миссия затягивалась. Вдруг снизу раздались крики. Профессор и аспирант поспешили спуститься.
Внизу тридцать три морпеха под руководством Черномора пытались одолеть худющего старика, проникшего в башню, судя по всему, через ту же брешь, через которую покинули её богатыри. Они то и дело кромсали старичка на мелкие кусочки, но эти мелкие кусочки превращались в лужицы густой жидкости серебристого цвета, лужицы стекались в одну большую лужу, из которой, как феникс из пепла, восставал всё тот же старичок. После сотни с небольшим циклов реинкарнации незваного гостя морпехи изрядно умаялись. Черномор, кстати, тоже. Старичок же, чувствуя своё полное превосходство, изволил представится:
- Кащей ибн Бессмертный, прошу любить и жаловать. Как вы уже поняли, убить меня невозможно. А я вот вас очень даже могу. Посему, предлагаю добровольную капитуляцию. Все условия капитуляции вы сможете обговорить с моим боссом, ну а лично я, в качестве репарации, возьму, пожалуй, это. – Кащей со сластолюбивой улыбкой сжал правой ладонью левую половину нижней части спины Белоснежки.
- Хам!– Белоснежка со всей силы двинула ибн Бессмертному коленом в пах. - А смерть его в яйце!
Кащей взвыл, согнулся пополам и упал, да так и остался лежать на полу без движения. Малинников подошёл к нему и попробовал определить пульс.
- Он мёртв.
- Как мёртв? Он же бессмертный! – Удивился Черномор.
- Вот так, мёртв. Умер от болевого шока.
Черномор с опаской посмотрел на Белоснежку и приказал своим морпехам «убрать это». Аспирант и профессор поспешили подняться наверх, чтобы глянуть, как там дела у разведки. За то время, которое они провели внизу, число голов зелёного чудища превысило критическое, центр тяжести необратимо сместился вверх. Теперь чудище лежало на шеях нескольких сотен своих голов, беспомощно перебирая в воздухе коротенькими ножками. Богатыри продолжали глумиться над ним, то и дело отсекая по голове (на месте которой вырастало три новых), тем самым всё уменьшая шансы чудовища когда-нибудь подняться, наконец, на ноги. Но, в конце концов, эта забава им надоела, и они поспешили обратно в крепость. Разведывательную миссию можно было признать успешной.

-Мы тут языка взяли. – Заявил богатырь Илюша, вернувшись в башню. – Орды там зело большие, а я токмо до сотни считать приучен. Вот и взяли языка чтобы сам всё рассказал, а мы не утруждались.
-Показывайте своего языка, - пробормотал, вздохнув, профессор.

Добавлено (14.11.2008, 10:08)
---------------------------------------------
Добрыня Никитич стряхнул с крупа своего коня достаточно объёмный мешок, Алёша, поповский сын, развязал его. Из мешка выбрался довольно высокий мужчина в чёрном. Чёрные сапоги, черный костюм, чёрный плащ, даже шлем на голове был черным. На лице у него была маска из стекла и металла, разглядеть что-то за ней невозможно. Дышал он тяжело, с хрипами.
-А что у вас с дыханием? – Поинтересовался Хосе.
-Астма у меня. Курил много в детстве. – Незнакомец с наслаждением потянулся.
-Имя, звание, численность вражеской группировки, быстро! – Черномор буквально навис над незнакомцем, потом обернулся к своим морпехам, - Ребята, разжигайте костёр, несите клещи!
-Постойте, зачем же сразу так. Вы, похоже, ничего не слышали о Женевской конвенции. Отставить костёр, отставить клещи. – Профессор втиснулся между Черномором и незнвкомцем. – Могу я узнать ваше имя, сударь?
-Дарт Ведер. Представитель тёмных ситхов. Командую отрядом имперских штурмовиков под прикрытием звена истребителей. – Похоже, Дарт был несколько взволнован напористостью Черномора.
-Понятно. А почему ваша армия не пытается штурмовать башню?
-У Бена Ладена, командира отряда шахидов, намаз. Я полагаю, минут через пятнадцать начнётся штурм.
-Спасибо за ценную информацию, она нам очень помогла. – Профессор обернулся к собратьям по оружию. – Что будем делать?
-Проанализировав диспозицию, я пришёл к выводу, что лучшим выбором в данной ситуации является отступление, – высказал своё мнение Кутузов, - так мы сможем сберечь силы для решающего сражения.
-Когда оно будет, это решающее сражение… - проворчал Черномор.
-Отставить разговорчики! – Саша Белый что-то шепнул на ухо своему ассистенту внешне похожему на трёхстворчатый шкаф с антресолями, тот энергично закивал. – Если главный стратег говорит «отступать», значит, будем отступать.
-А что будем делать с этим? – Черномор показал пальцем на Ведера.
-Отпустим, на что он нам? – Предложил профессор.
-Чтобы он потом против нас своих «штурмовиков» повёл? Прикончить гада! – Возмутился Черномор. Морпехи его активно поддержали.
-Постойте мсье! – Поднял руку Д’Артаньян. – Убить безоружного? Это подло!
-Так что, просто отпустим подлеца?
-А почему нет? – Вмешался Атос. – Но сначала этот мсье пообещает впредь никогда не вести боевые действия против нас.
-Действительно, - поддержала Атоса Белоснежка, - а чтобы он об этом не забыл, мы составим соответствующий договор, и он подпишет его кровью.
-Какие ещё договоры? – пробурчал Ведер, - ничего я подписывать не буду. И вообще у меня гемофилия, от пореза умереть могу.
-Ребята, а вы костёр развели? – Черномор недобро посмотрел на Ведера. – Куда же у нас клещи подевались…
-Хорошо, хорошо, я согласен.
-То-то же.

Когда все формальности были улажены, маленькая победоносная армия в темпе покинула башню. Прямо перед отбытием Кутузов сквозь подзорную трубу наблюдал за массовым дезертирством людей в белых скафандрах. Странные летающие механизмы тоже исчезли. Не успели борцы со злом удалиться от башни на километр, как враг атаковал её, и, не встретив сопротивления, довольно быстро захватил. Далее произошло нечто странное. Саша белый достал из кармана сотовый телефон и набрал какой-то номер. Взрыв потряс вселенную. Все, включая трёх богатырей, попадали с лошадей. Башни больше не было. Придя в себя, отряхнувшись от пыли, борцы со злом поймали и по новой оседлали своих слегка оглушённых и испуганных лошадей.
-Это даст нам немного времени на планирование дальнейших действий. – Пояснил Саша Белый. – Хотя, надо признать, я слегка переборщил с пластидом.
-А что это было? – Поинтересовался Д’Артаньян.
-Бомба. Решил тряхнуть стариной. Вот помню, году так девяносто третьем… - Ассистент Саши многозначительно прочистил горло, - впрочем, не важно, главное, это их немного задержит.

И армия света продолжила свой путь. Позади, на месте, где раньше стояла башня, медленно оседал пылевой гриб…

-Привал! – Скомандовал Черномор, чем порадовал всех своих спутников.

На плато быстро опустилась ночь. Морпехи развели костёр и повесили над ним котелок. Над ними на бреющем полёте пролетел АН-2, или попросту «кукурузник» с огромной надписью «Чукотские авиалинии» на борту. Из него выбросили новую партию провизии и несколько больших деревянных ящиков.
-А вот и оружие из моей личной коллекции прибыло! – Обрадовался Саша Белый и побежал вскрывать ящики.
Когда все ящики были вскрыты, он пригласил товарищей по оружию выбирать понравившееся им оружие. Робину Гуду приглянулась миниатюрная снайперская винтовка с оптикой и глушителем, морпехи быстро расхватали «Калашниковых» Ижевского производства, сам Черномор выбрал ручной пулемёт Калашникова. Атос, Арамис и Д’Артаньян взяли себе по пистолету-пулемёту Томсона, а Портос взвалил на плечо крупнокалиберный пулемёт Владимирова. Хосе примеривался к двум «Узи», пытаясь стрелять сразу из обоих. Белоснежка выполняла неполную разборку автоматического гранатомёта АГС-17. Малинников и Кутузов, сославшись на возраст, ограничились пистолетами Макарова, а богатыри вообще наотрез отказывались брать в руки «эти штуковины». Когда все желающие обзавелись средствами самообороны, состоялся ужин, во время которого Малинников собрал всех у костра и обратился к Робину Гуду:
-Господин Гуд, я полагаю, среди всех присутствующих вы – главный специалист по диверсионной деятельности. А в данном случае партизанская война – единственный путь к успеху, вам слово.
-Ну что же, эта местность, конечно, не Шервудский лес, она значительно отличается от той, в которой я привык действовать, но у меня есть пара идей. Значит так…

Утром, армия тьмы во весь опор гналась за отступающей армией света, она была жутко удивлена, обнаружив посреди пустыни небольшой островок зелёных кустов, прямо посредине которого была проложена мощёная камнем дорога. Представители сил зла долго и усердно чесали затылки, но, в конце концов, решили пройти прямо по этой дороге. Нетрудно догадаться, что их поджидал сюрприз.
Когда дорога заполнилась наступающими, кусты внезапно упали, и по армии тьмы был открыт шквальный огонь из стрелкового оружия. Эскадрилья драконов была обстреляна из зенитно-ракетных комплексов «Стрела» и сильно поредела – огнедышащие создания оказались прекрасной целью для ракет с головками теплонаведения. Морпехи с «калашниковыми» вперемешку с операторами из съемочной группы Саши Белого с камерами на перевес перешли в наступление. Белоснежка короткими очередями стреляла из АГС, наводя суматоху в рядах противника. Однако, армия тьмы перестроилась и перешла в контрнаступление. В этот момент ударила кавалерия – с левого фланга Атос, Арамис и Д’Артаньян с Томсонами, а с правого – три богатыря с пиками наперевес. Армии тьмы снова пришлось перестраиваться. Когда ей это удалось, Кутузов скомандовал отступление. Наступающие начали преследование, но не тут то было – откуда-то выкатилась телега, в которую была запряжена тройка лошадей. За поводьями сидел Малинников, а сзади восседал Портос, непрерывно стреляющий из КПВ и Магомет-оглы, то и дело бросающий в противника ручные гранаты. Постепенно армия тьмы отстала. Несметные полчища стали вполне себе сметными.
- Как ты сказал? Тачанка? – Портос улыбнулся и хлопнул Хосе по плечу, отчего тот чуть не слетел с телеги. – Шарман!

Так прошло три месяца. Армия тьмы непрерывно наступала, а армия света отступала. За это время не было сделано ни единого выстрела. Начиналась зима. Уже две недели шёл снег. За это время случилось лишь одно необычное происшествие – армии света повстречался Русский мужичёк в тулупе и ушанке, назвался Иваном. За ним с угрюмыми лицами следовали поляки.
-А далеко ли до Москвы?
-Понятия не имею, скорее всего, очень далеко. – Ответил Малинников. – А что?
-Да вот, пообещал по пьяни этим туристам, - Иван махнул рукой в направлении поляк, - до Москвы проводить, достопримечательности показать, а где эта Москва, я ни сном, ни духом. Вот и ходим, ищем. Почитай уж сорок лет как по пустыне скитаемся. Ну да ладно. Ничего не попишешь, будем искать.
Мужичёк подошёл к польским туристам и уверенно махнул рукой на север:
- Нам туда! Информация верная! – И они побрели дальше.

лимит сообщения превышен, его обрезает, посему продолжение позже, когда кто-нибкдь что-нибудь ответит...

Напишите плз чего-нибудь, а то не смогу концовку выложить...

Добавлено (17.11.2008, 07:08)
---------------------------------------------
Хотя очень хочется узнать чем все закончится (надеюсь НАШИ победят).

Граф удалился, а профессор отвёл в сторонку Сашу Белого и долго шептался с ним о чём-то. На утро назначили венный совет.
-Итак, господа, в свете новых обстоятельств, какова будет наша стратегия? – Спросил у присутствующих Малинников.
-Понятно какая, - откликнулся Кутузов, - наступаем!
-Чего? – Черномор был единственным, кто смог задать этот вопрос, у остальных же просто пропал дар речи.
-А что, думаете, не время?
-Просто не ожидали от вас такого ответа. Вы же - мастер отступления.
-На данный момент сложились благоприятные условия для наступления, раньше их не было. – Насупившись, пробурчал Михаил Илларионович.
-Значит, решено, - заключил профессор, - только дождёмся очередного рейса «Чукотских авиалиний», на нём должны доставить наше секретное оружие.

Ближе к вечеру армия света перешла в генеральное наступление. Приблизившись к армии тьмы на расстояние выстрела, она остановилась. Вперёд выехал богатырь Илюша, что из города Мурома. Размахнувшись, он кинул в сторону противника довольно объёмный металлический ящик. Ящик упал метрах в ста от авангарда «тёмных». От удара об землю он треснул. Армия тьмы ринулась в атаку, но не тут то было. Из треснувшего металлического ящика стали выползать странные чёрные точки. Точки эти резво облепили наступающих скелетов. Скелеты стали падать и исчезать под чёрной массой.
-Анатолий Ефимович, а это ещё что такое?
-Африканские жуки-падальщики. Поедают всё, включая костные ткани. Саша Белый любезно согласился доставить их к нам прямо из Африки, по своим контрабандным каналам.

Спустя полчаса всё было кончено. Скелетов больше не было. На поле боя восседал на бледном коне князь тьмы в окружении трёх телохранителей на белом, рыжем и вороном конях. Армия света приблизилась к ним.
-Ну и что будем делать с вами, господа? – Спросил у князя Малинников.
-На этот раз вы победили, но эта битва ещё повторится! I’ll be back! – воскликнул князь тьмы и растаял в воздухе вместе со своими телохранителями.
-Нasta la vista, baby! – Помахал ему на прощание Хосе.
-Ну что друзья, мы победили, спасибо всем! – Радостно произнёс профессор.

Белоснежка взмахнула рукой и открыла туманный портал, через который все герои последнего армагеддона проследовали в свои миры.

Послесловие:
Вернувшись в свои мир, три богатыря русских продолжили неравную борьбу против золотой орды и сказочной нечисти.
Мушкетёры, вернувшись домой, сразу отправились вызволять очередные ювелирные изделия французской королевы у очередного европейского правителя. На этот раз им предстояло турне в Испанию.
Робин Гуд вернулся в Шервудский лес и продолжил свою подрывную деятельность. Говорят, спустя некоторое время, он выгодно женился и остепенился.
Михаил Илларионович вернулся во вверенные ему войска, чему те были весьма рады, ибо очень любили борца с французами и «мастера отступления».
Черномор с морпехами удалился обратно в морские пучины и нанялся вместе со своим отрядом в личную охрану Нептуна.
Вернувшись в российскую действительность, Хосе Муньос Идальго Магомет-оглы первым делом сводил Белоснежку в довольно приличный московский клуб. В поле зрения профессора в следующий раз они появились лишь спустя неделю. Белоснежка зевнула и решила снова отойти ко сну. Надо сказать, перед тем, как забраться обратно в хрустальный саркофаг, она вызвала бригаду молдован, в темпе заделавших дыру в полу библиотеки.
Спустя месяц Хосе защитил кандидатскую диссертацию на тему «Тактики смешанных подразделений от античности до наших дней».
Анатолий Ефимович Малинников написал научный труд на тему «Творчество Нострадамуса и его влияние на современную культуру».
А по телевидению, в программе новостей говорилось, что метеоритный поток, в который попала Земля закончился, что сняли директора NASA и директора «Росавиакосмоса».
Смеркалось…

Добавлено (22.11.2008, 21:45)
---------------------------------------------
Так... "Наступило будущее" не понравилось... ок, могу выложить серьёзный рассказ, совсем не юмористический, тоже победитель конкурса.

Добавлено (25.11.2008, 23:19)
---------------------------------------------
Рассказ писался на конкурс по трилогии А.Зорича "Завтра война", поэтому людям не читавшим трилогию некоторые вещи не до конца понятны. А те кто читал - знайте, что после победы на конкурсе события описанные в рассказе были канонизированы, и теперь бравый комэск Готовцев имеет именно такую предысторию

Январь 2611 года, г. Мурманск, Российская Директория

- Ну что, Вась, похож я на романтического героя? – Гриша Ростов приосанился, выпятил грудь и скорчил высокомерно-печальную рожицу.
- Эх, Гриня, пора бы тебе понять, что времена романтических героев давным-давно прошли. Наступило время циничных прагматиков и функционеров среднего звена.
- Тогда почему девушкам так нравятся курсанты Военно-Космических Академий?
- Потому что курсанты, в отличие от гражданских, появляются редко, только во время увольнительных, а не надоедают каждый день. – Увидев внезапно погрустневшую физиономию Гриши, Василий Готовцев не выдержал и рассмеялся.
- Наташа не такая, она… И хватит ржать!
- Ладно, извини, не удержался.
- И потом, про свою Настю ты такого не скажешь.
- Не путай, у нас с ней чисто дружеские отношения. И она совсем даже не «моя», к твоему сведению. Треплемся обо всём на свете, ведём заумные беседы об авторском кинематографе, философии и психологии, не более того.
- Вася, ты что, прошёл усиленный курс бромотерапии? Даже моему, замутнённому Наташей взору видно, что тебе крупно повезло… Это ещё мягко говоря. Вот погоди, устанет она от заумных бесед и найдёт кого попроще.
- Да ради бога, я только рад за неё буду. Лишь бы парень хорошим оказался.
- Вась, ты что, дурак? – Гриша помедлил. – Или святой?
- Цветочки смотри не помни, герой-любовник… романтический. – Готовцев не удержался и засмеялся снова.
- Да иди ты, - беззлобно отмахнулся Ростов, - точно, дурак.

Вот так двое курсантов Северной Военно-Космической Академии и коротали первый вечер своей трёхдневной увольнительной под хмурым Мурманским небом, у входа в кинотеатр.
- Ну что, мальчики, не ждали? – Наташа Фадеева буквально впорхнула под карниз кинотеатра и чмокнула Гришу Ростова в щёку. Гриша покраснел и протянул ей большущий букет красных роз.
- Как это «не ждали»? – Деланно удивился Вася, - А что мы, по-вашему, тут делаем? – Василий с галантным поклоном протянул подошедшей к нему Анастасии Аксёновой цветок дикого ириса.
- А вы, курсант Готовцев, как всегда, пытаетесь быть оригинальным.
- Разве это плохо?
- Это мы обсудим после просмотра фильма.

Тот же вечер, три часа спустя

- Проводишь меня до дома? – Настя непроизвольно крутанула головой, и копна чёрных как смоль волос разметалась у неё по плечам.
- А ты думаешь, для чего я здесь? Целых три дня увольнительной. Зубрёжка ночами… Ты не поверишь, я даже «Статуты орденов» на отлично сдал. А всё ради этой трёхдневной увольнительной за успеваемость. Ради того, чтобы иметь удовольствие проводить тебя до дома.
- Мне кажется, или я слышу в этих словах лёгкий оттенок сарказма?
- Тебе кажется. Нет ничего лучше прогулок под луной с девушкой под руку. Особенно, с прекрасной девушкой.
- Ты мне льстишь.
- А ты кокетничаешь.
- Вот негодяй! Дай представить себя в роли принцессы, которую благородный рыцарь ведёт сквозь лес, кишащий разбойниками и хищными животными.
- Благородный рыцарь к вашим услугам.
- И очень хочет спать. - Настя рассмеялась, - А представь, что мы не встретились бы тогда, полтора года назад, всё было бы по-другому.
- Да. Я бы не сдал «Статуты орденов» на отлично и сидел бы сейчас в казарме. А тебя провожал бы до дома какой-нибудь другой курсант.
- Ну ты и циник, курсант Готовцев. Циник и хам.
- Интересно, ты когда-нибудь назовёшь меня по имени?
- Когда-нибудь… Как думаешь, у Наташки с Гришей что-нибудь получится?
- Обязательно. Но позже. Сейчас мы, курсанты, обязаны бредить космосом и ничем более.
- И долго вам бредить осталось?
- Полгода. Но теперь больше практики будет, что меня очень радует. А потом – выпускные экзамены и распределение на флот.
- Ну вот мы и пришли. – Настя поцеловала Василия в щёку. – Завтра в «Трёх медведях»?
- Ага. Если, конечно, дамы не против.
- Дамы не против. Иди уже, рыцарь, отсыпайся, на тебя смотреть жалко.
- Неужели всё настолько плохо?
- Вообще-то всё хорошо, не считая того, что ты сказал это с закрытыми глазами. До завтра, рыцарь.

Пять месяцев спустя, Северная Военно-Космическая Академия, Новая Земля, Российская Директория

- Товарищи курсанты, сегодня отрабатываем слётку в звене в условиях атмосферы. Зона патрулирования – полигон «Северный-2». Маршрут уже введён в борткомпьютер ваших «Горынычей». Возможно появление учебных целей, так что не расслабляйтесь. Готовцев, Ерёменко, Ростов, Скаянцев, Губерт, Уржумцев, ваше звено поведу лично я. Через десять минут на лётном поле. Остальные – к лётному расписанию. Узнаете о времени вылета и составе звеньев. – Игорь Сергеевич Хрунёв, начальник по лётной подготовке Северной Военно-Космической Академии улыбнулся одними глазами и продолжил в более мягком тоне, без командирских ноток, - Ну что, товарищи курсанты, вот и финишная прямая. Если кто на «лётке» облажается – лично выпорю на плацу перед личным составом. Встать! Сми-ирна! Вольно! Разойдись.

Готовцев и Ростов бок о бок выбежали из инструктажной.
- Вась, а с каких это щей Хрунёв решил принять участие в учебном вылете?
- Не знаю, может, решил стариной тряхнуть? – Сам Готовцев мало в это верил.
О Хрунёве, сорокалетнем человеке с поджарой фигурой добермана и профилем киногероя, в Академии ходило множество слухов. Как вероятных, так и невероятных. Шура Губерт как то пообщался со своими старыми знакомыми, те тихонечко скопировали информацию из пары баз данных и пролили свет на прошлое комлёта. Оказывается, лет пятнадцать назад Хрунёв считался чуть ли не лучшим пилотажником во флоте, регулярно участвовал в показательных боях во время военных парадов девятого мая. Но до больших чинов ему так и не дало дослужиться полное отсутствие понятия «дисциплина». В рапортах непосредственного начальства сквозила одна мысль – лейтенанту Хрунёву остро не хватает войны. В боевых условиях этому пилоту не было бы цены. Да и дисциплине война учит очень быстро, можно сказать, моментально. Однако, войны не предвиделось, а Хрунёв продолжал скучать. Однажды, во время флотских учений, он нарушил приказ комэска и поразил бортовым оружием все наземные цели, предназначавшиеся штурмовикам, которых его звено должно было прикрывать. Игорь Сергеевич отделался достаточно легко. Две недели гауптвахты, замена недавно полученных погон «старлея» обратно на лейтенантские и последнее, «китайское», предупреждение от начштаба флота, адмирала Грушевского... Но… На следующих учениях лейтенант Хрунёв в одиночку уничтожил учебную цель типа «лёгкий авианосец»… На этот раз без работы осталось звено торпедоносцев. Командование флота проявило мудрость и не стало отдавать отличного пилота под трибунал, посчитав, что Хрунёв сможет многому научить молодых курсантов. Так Игорь Сергеевич стал младшим инструктором по лётной подготовке Северной Военно-Космической Академии.
- Ладно, Гриня, хватаем талисманы и мухой к доктору, не хватало ещё на вылет опоздать. Хрунёв уши оборвёт.
Завести талисман и таскать его с собой на все учебные вылеты считалось у курсантов делом чести. У Готовцева в качестве талисмана была карманная репродукция иконы, подаренная ему лично батюшкой одной из провинциальных церквушек, в реставрации которой участвовал Вася и ещё несколько его одноклассников во время летних каникул. У Ростова в качестве талисмана была, конечно же, фотография Натальи Фадеевой (в мечтах Григория - Ростовой).

Полигон «Северный-2», Ямало-Ненецкий АО, Российская Директория.

- Товарищ комлёт, разрешите вопрос?
- Разрешаю, курсант Уржумцев. – Звено Хрунёва уже прошло больше половины маршрута, теперь флуггеры курсантов летели в направлении ВПП Академии. От посадки их отделяли четыре контрольных точки.
- Как же так? Вы же нам учебные цели обещали. А в итоге – взлетели, топливо выработали, посадку совершили.
- Радоваться надо, что вокруг тишь да гладь. И потом, привыкайте. Российская Директория ни с кем воюет, поэтому все боевые патрули нашего Космического флота проходят именно по такому распорядку.
- Товарищ комлёт, а почему тогда вы наше звено повели? Мы тут с ребятами решили, что нам предстоит жаркая схватка с учебными целями под вашим руководством.
- Это что ещё за вопросики, курсант Уржумцев? Решения непосредственного командования не обсуждаются, а принимаются как данность… Ладно, так и быть, открою маленький секрет. На подобных учебных вылетах первому звену, как правило, учебных целей не выделяют. Чтобы курсанты из следующих звеньев расслабились. Вы же всё равно трепаться с ними будете, расскажете, так мол и так, ничего особенного, взлёт-посадка. Вот тут то их и будут сюрпризы поджидать. По этой же причине в первое звено лучших курсантов назначают. Считается, что вас учить уже нечему. Ну а насчёт меня… Просто полетать захотелось в спокойной обстановке.

Испытательный полигон войск противокосмической обороны «Звезда», Ханты-Мансийский АО, Российская Директория.

- Товарищ Королёв, всё готово для испытаний. Пусковые, радиолокационный комплекс, генератор в полном порядке.
- Отлично! Теперь дело за флотскими. Обещали нам целое звено целей-имитаторов. Пройдут на малой высоте. Операторам – боевую готовность.

Вспомогательная ВПП «Тунгуска», пос. Верхняя Инта, Российская Директория

- Как напился? Опять?!! – Сергей Анатольевич Трифонов, начальник полётов ВПП «Тунгуска» рвал и метал. Ещё бы, в кои то веки он мог почувствовать себя сопричастным к действительно серьёзному делу. На одном из полигонов противокосмической обороны производились испытания новейшего ракетного комплекса. Запуск целей-имитаторов предполагалось произвести с его ВПП. Вчера утром модули целей были доставлены, их сборка была закончена поздно ночью. Внешне они почти не отличались от штатных «Горынычей», но представляли собой «бумажные самолётики», управляемые дистанционно. Однако по характеру отражённого сигнала и распределению спектра электромагнитного излучения, цель полностью копировала «Горыныч». И вот в этот ответственный момент, когда до запуска целей оставалось не более десяти минут, Сергей Анатольевич узнаёт, что заправщик, Юра Глушкевич, ушёл в очередной запой.
- Не опять, а снова. Его ещё осенью гнать нужно было. – Главный техник, Михаил Назаров, был мрачнее тучи.
- А без него не обойтись?
- Вы же знаете, можно и без него, но придётся кому-то из нас заправщик из города, с базы гнать.
- Да за что же мне это? Это ведь минимум два часа задержки… Ладно, Миша, гони в город. Я постараюсь с ПКО-шниками вопросы уладить. И Ромке скажи, чтобы Глушкевича тормошил. Вдруг да и очнется. Да постарайся побыстрей, если что, никому из нас мало не покажется.
- Я мигом, Сергей Анатольевич. Как говорится, ни минуты налево.

Полигон «Северный-2», Ямало-Ненецкий АО, Российская Директория.

- Товарищ комлёт, так вы, получается, нам план учебных вылетов рассекретили. А вдруг мы «трепаться будем»?
- Да трепитесь себе на здоровье. Вот только откуда же вам знать, товарищи курсанты, что я правду сказал? А?
- Как это?.. Ну вы, товарищ комлёт, и задачки задаёте.
- А это, товарищи курсанты, моя прямая и непосредственная обязанность. А теперь, отставить радиопереговоры, летим в режиме радиомолчания… Распоясались, понимаешь. Оперативных вводных вам подкинуть, что ли, чтобы не скучали?

- Всем экипажам, находящимся в воздухе! В ста двадцати километрах к северо-востоку от посёлка Кырта из-за технических неполадок совершил вынужденную посадку борт военно-космических сил Российской Директории ИПБ-18354, «Горыныч». Связь с пилотом прервалась. Необходимо обследовать место падения с воздуха.
- Здесь капитан третьего ранга Хрунёв, комлёт Северной Военно-Космической Академии. Со звеном курсантов совершаю плановый учебный вылет. Место падения в зоне досягаемости звена.
- Как по топливу, товарищ кап-три?
- Я же сказал, в зоне досягаемости.
- Принято, передаю координаты места падения.
- Координаты принял. – Хрунёв помедлил. – Внимание, звено, слушай мою команду! Отставить радиомолчание. Вводную все слышали. Идём широким строем, снижаемся до двух тысяч метров, о любых странностях на поверхности докладываем без промедления.

Пятнадцать минут спустя. Испытательный полигон войск противокосмической обороны «Звезда», Ханты-Мансийский АО, Российская Директория.

- Вижу на северной границе квадрата семь целей. Высота – две тысячи, скорость – сто двадцать. По характеру отражённого сигнала – «Горынычи». – Главный оператор комплекса Снедко почти вплотную придвинулся к экрану радара.
- Ну наконец-то! Всем операторам – распределить цели! Огонь залпом, по моей команде! – Королёв почувствовал азарт охотника. Ещё минут десять-пятнадцать, и он станет одним из избранных, человеком, который изобрёл уникальный, опередивший время ракетный комплекс противовоздушной и противокосмической обороны. – Ну, с богом, ребята. Пуск!!!

Две тысячи метров над землёй. Северная граница испытательного полигона войск противокосмической обороны «Звезда», Ханты-Мансийский АО, Российская Директория.

- Товарищ комлёт, фиксирую пуск семи ракет класса «поверхность-воздух». Тип ракет не опознан. Сработал датчик захвата ракетой.
- Принял, курсант Губерт, та же ситуация. Звену – доложить об обстановке.
- Здесь курсант Ростов. Фиксирую захват ракетой.
- Здесь курсант Уржумцев. Фиксирую захват ракетой.
- Здесь курсант Готовцев. Фиксирую захват ракетой.
- Здесь курсант Ерёменко. Фиксирую захват ракетой.
- Здесь курсант Скаянцев. Фиксирую захват ракетой.
- Ну вот, товарищи курсанты, значит, и на первое звено учебных целей припасли. Расходимся веером с набором высоты. Отрабатываем противоракетный манёвр. Отстрел ловушек – на автомат. – Что-то не давало покоя Хрунёву. Эфемерная, неосязаемая мысль о неправильности происходящего.

Испытательный полигон войск противокосмической обороны «Звезда», Ханты-Мансийский АО, Российская Директория.

- Цели меняют траекторию. Фиксирую отстрел противоракетных ловушек. – От Снедко более ничего не зависело. Пуск произведён, теперь дело за автоматикой ракет.
- Я всё больше и больше уважаю флотских! Мало того, что целых семь целей-имитаторов на испытания выделили, так ещё и оснастили их автоматами отстрела ловушек. Молодцы! Ну да ничего, моим ракетам никакие ловушки не страшны, если уж след почуяли, то сожрут, не даром я их «Гончими» хотел назвать. Работаем, ребята!

Три тысячи метров над землёй. Северная граница испытательного полигона войск противокосмической обороны «Звезда», Ханты-Мансийский АО, Российская Директория.

«Ракеты ПВО? Нормально, числятся такие в плане учебных вылетов. Пуск на маршруте возвращения на базу? Девяносто процентов учебных вводных отрабатываются именно на маршруте возвращения, когда курсанты уже расслабились и готовятся к посадке. Место пуска ракет… Стоп!!!» - Хрунёва буквально подбросило, он почувствовал, как зашевелились волосы на голове, аккурат под шлемом скафандра. – «Пуск произведён из-за пределов полигона «Северный-2». Как же так?»
- Звено, внимание!!! Ракеты не учебные!!! Повторяю, ракеты боевые!!! Автомат отстрела ловушек – на посекундный пуск! Противоракетные манёвры не прекращать! – Хрунёв переключился на общеармейскую частоту. – Здесь кап-три Хрунёв, комлёт СВКА! Веду звено курсантов с учебного вылета. Численность звена – семь машин, тип – «Горыныч». Обстрелян с земли силами ПКО, тип ракет не опознан. Немедленно прекратите огонь! Повторяю…

Испытательный полигон войск противокосмической обороны «Звезда», Ханты-Мансийский АО, Российская Директория.

- Товарищ Королёв, только что поступило по спецсвязи. – Офицер полигона протянул главному конструктору распечатку.

«В связи с техническими неполадками на ВПП, запуск целей-имитаторов откладываю на четыре часа. Начальник полётов ВПП «Тунгуска», С. А. Трифонов.»
- Как же так? – Пробормотал Королёв. И тут из динамика общевойсковой связи донеслось:
- Здесь кап-три Хрунёв, комлёт СВКА! Веду звено курсантов с учебного вылета. Численность звена – семь машин, тип – «Горыныч». Обстрелян с земли силами ПКО, тип ракет не опознан. Немедленно прекратите огонь!
- Операторам! Все ракеты – на принудительный подрыв! – В конце фразы Королёв «дал петуха».
- Товарищ Королёв, невозможно, на ракетах отсутствуют устройства принудительного подрыва… - Снедко развёл руками, - Это же испытания…
- О Боже, помоги им… - Королёв закрыл лицо руками.

От полутора до трёх тысяч метров над землёй. Северная граница испытательного полигона войск противокосмической обороны «Звезда», Ханты-Мансийский АО, Российская Директория.

- Товарищ комлёт, эта стерва у меня на хвосте, на ловушки и манёвры не реагирует! - В словах Скаянского чувствовалась самая настоящая паника.
- Курсант Скаянский, приказываю катапультироваться!
- Есть!
От флуггера Скаянского рванулась вверх искорка кресла-катапульты, но секунду спустя воркруг его «Горыныча» выросла огромная огненная сфера, поглотившая и оставшийся без управления флуггер, и катапультировавшегося пилота.
Время остановилось. Готовцев как в замедленной съёмке наблюдал за взрывами слева и справа по борту. Вот полыхнул пламенем «Горыныч» Ерёменко, вот из огненной сферы вывалилось и полетело к земле всё, что осталось от флуггера Губерта, вот Уржумцев врезался на полном ходу в таёжный лес – он пытался уйти от ракеты на предельно малой высоте, но, похоже, не справился. Ракета догнала его, и на месте одного взрыва прогремел другой, ещё более мощный.
- Всем! Приказываю катапультироваться!!! – рык Хрунёва немного встряхнул Готовцева.
Вася увидел, как комлёт встал в выхлопную струю Ростова, попытавшись отвлечь его ракету на себя. Два взрыва прогремели почти одновременно. Казалось, флуггер комлёта разметало по всему небу. «Горыныч» Ростова, лишённый обломками взрыва почти всей аэродинамической обвески с правого борта, кувыркнулся вдоль продольной оси, почти смог выровняться, но внезапно крутанулся снова и ушёл камнем вниз. Готовцев ждал своей ракеты. Она запаздывала, сильно рыская по тангажу. Внезапно он вспомнил рассказы о том, что некоторые пилоты, сохраняя инерцию корабля, разворачивались носом к противнику и, продолжая лететь кормой вперёд, обстреливали его из носовых орудий.
Готовцев крутанул свой «Горыныч», повернув его носом к преследующей ракете. Вася не вспомнил, или не захотел вспоминать, что подобные манёвры можно делать исключительно в космосе, при отсутствии гравитации и атмосферы. Флуггер потерял устойчивость, малейшие попытки управлять его креном приводили к неуправляемому раскачиванию носа, высота стремительно падала. И тут Готовцев поймал ракету в прицел. Она подлетела почти вплотную, сто – сто двадцать метров. Вася выстрелил по ней всем имевшимся в арсенале оружием. От взрыва его тряхнуло так, что он прикусил язык. Половина приборной панели замигала. «Разгерметизация кабины», «Отказ орбитальных двигателей», «Повреждение топливных баков», «Отказ системы жизнеобеспечения», «Пожар на борту».
Готовцев включил систему пожаротушения. «Поймать» флуггер удалось в считанных метрах от земли, он даже зацепил левым бортом верхушки деревьев. На радаре призывно мигал огонёк вспомогательной ВПП «Тунгуска». На подлёте к ней Готовцева пробила крупная дрожь. Руки тряслись как у алкаша на седьмой день запоя, голова не соображала. Он так и не заметил, что при выпуске шасси индикатор левого заднего так и не загорелся…

- Подпишите здесь, пожалуйста. – Следователь ГАБ, постоянно навещавший Готовцева в больнице, был сама учтивость. –Спасибо.
- Что это было, товарищ капитан?
- Испытания, курсант, испытания…
- И кого испытывали?
- Хм… Ну, пожалуй, вам можно сказать… Новейший комплекс ПКО.
- И как, успешно?
- Давайте без сарказма, товарищ Готовцев. Нам всем хреново…
- Нам – это кому?
- Товарищ Готовцев… Ещё одна формальность. По результатам последнего вылета руководство Северной Военно-Космической Академии засчитывает вам все лётные экзамены… Останется только теория. Кроме того, в вашем личном деле этот вылет будет засчитан как боевой.
«Ох, как интересно, вкусные пряники вы раздаёте, товарищ следователь.»
- Однако, должен вас предупредить, вся информация по данному инциденту засекречена, вы должны подписать обязательство о неразглашении.
«А вот и кнут. Купить тебя решили, курсант Готовцев. А что бы сказали твои, ныне покойные, боевые товарищи? А комлёт?» - Вася со всей ясностью осознал, что и товарищи и комлёт посоветовали бы ему заткнуться и молчать в тряпочку. Мёртвых не вернёшь…
- А если не подпишу?
- Тогда придётся забыть об академии в частности и флоте вообще. Да и… Ну я бы не советовал, товарищ Готовцев. Мертвых не вернёшь, и себе жизнь испортишь.
- Где подписать?
- Здесь. – Пожилой «важняк» ГАБ посмотрел на него с каким-то отеческим сочувствием. – Бывает, Василий… Знаешь… Удачи тебе. Ты ведь и так везунчик – дальше некуда.
- А что с пилотом тем, который на вынужденную пошёл в ста кэмэ от Кырты? Мы ж его выручать летели.
- Погиб. Да и не было там ничего, даже отдалённо напоминающего посадку. Не знаю, что там у него отказало, но вошёл он в атмосферу почти отвесно. Скорее всего, сгорел ещё до удара. Там на месте крушения воронка глубиной метров пятнадцать, и ни одного обломка флуггера больше миллиметра в диаметре.
- А комплекс ПКО этот теперь на вооружение поставят? Хоть кодовое обозначение скажите, я же всё-таки в испытаниях участвовал.
- Не знаю. Вчера утром главный конструктор в собственном кабинете из табельного застрелился. Да ты не думай, курсант, никто это дело безнаказанным не оставит, уже восемь человек под трибунал… И того обалдуя, который забыл в Академию о предстоящих испытаниях в непосредственной близости от «Северного-2» доложить, и того, инженеришку, который блокиратор «свой-чужой» с консервации не снял. Э-эх, вечное разгильдяйство российское. Есть теория, что существуют три фактора, которые могут послужить причиной катастрофы – технические неполадки, погодные условия и человеческий фактор. Каждый из них по одиночке редко приводит к чему-то серьёзному, а совокупность всех трёх вызывает катастрофу. В нашем случае хватило двух… Правда, человеческого было в избытке... Н-да… Кстати, тебя завтра выписывают, так ты в Академию не торопись, у тебя неделя увольнительной. Сам главком подписал, в Академии знают.

Два дня спустя, г. Мурманск, Российская Директория.

Василий Готовцев тупо напивался. Напивался в одиночку, исключительно водкой, в номере недорогой гостиницы. За этим занятием он хотел провести всю увольнительную. Сначала он думал встретиться с Настей и разреветься, уткнувшись лицом в её колени, но где Настя – там и Наташа, а встречи с нею и разговоров о Грише он себе просто не представлял, никаких сил не хватило бы. И ещё, он понял, что влюбился. Влюбился в Настю. Впервые он осознал это ещё тогда, в кабине практически неуправляемого «Горыныча», который, цепляя верхушки деревьев, всё-таки набрал высоту. Сейчас же он только утвердился в этом чувстве. Но где Настя – там и Наташа…
«Ты – трус, Готовцев», - провозгласил Василий и выпил очередную стопку.

Спустя неделю Готовцев вернулся в Академию, а спустя месяц успешно окончил её и попал по распределению в эскадрилью И-02 19-го отдельного авиакрыла Военно-Космических Сил. Комэска И-02 так и подмывало поинтересоваться, откуда в мирное время у только что закончившего академию курсанта в графе «боевые вылеты» вместо традиционного бублика стоит странная единица. Но, после того, как он заглянул в глаза Готовцева, любопытство исчезло…

Вот ишшо зарисовочка:

- Так, ребята, сегодня отправляемся. Все готовы? Ещё раз напоминаю, условия на раскопках сложные. Повышенная радиация, воздух не пригоден для дыхания, сильный ветер, пылевые бури. Ещё есть время отказаться, никаких штрафных санкций не последует.

«Ну да, и в резюме не будет записи об участии в раскопках категории сложности «Б», и куда после института бедному студенту-археологу податься? Без практики работы. Нет уж, спасибо» — Миша Капустин лишь усмехнулся про себя.
Тем временем Олег Сергеевич Макаров, руководитель археологической экспедиции, помедлил, обвел глазами студентов и продолжил:
- Давайте я на всякий случай повторю, куда мы летим, и что будем копать. Планета «Зэрта-6», система звезды «Зэрта». Сорок лет назад на этой планете была перевалочная база нашего флота. Планета не была пригодна к колонизации, но на ней всё же решили создать космодром. Совершенно случайно рядом с космодромом обнаружили подземные залежи кристаллического тетрагена, был построен небольшой посёлок и добывающая станция. Так вот, сорок лет назад, как вы знаете, мы были в состоянии войны с Катрийцами. Они прислали на орбиту Зэрты-6 свой оперативный флот и транспортные корабли с шестью десантными полками с тем, чтобы захватить Зэрту-6 и отрезать наши оперативные флота, находившиеся в дальних колониях. В это время на Зэрте-6 кроме роты охраны находился ещё отдельный десантный батальон «Сварог». Шесть полков катрийцев должны были смять и десантников, и охрану, но прошло двое суток, а обороняющиеся продолжали держаться. Катрийцы к тому времени потеряли уже два десантных полка из шести. В конце концов, они сравняли с землёй и космодром, и посёлок вместе с защитниками орбитальной бомбардировкой.
- Получается, всё зря?
- Нет, не зря, для проведения бомбардировки на орбиту «Зэрты-6» прибыл катрийский ударный флот, который должен был нанести удар по одному из наших флотов в колониях. А после бомбардировки второй и пятый флота перехватили катрийцев и разгромили их. Все защитники получили посмертно звание героев Земной Федерации. Кстати, их имена выбиты на мемориальной доске рядом с домом правительства на Авалоне. Так что не зря, совсем не зря. Кстати, Капустин, у тебя же дед тоже десантником был и в войне тогда участвовал, да?
- Да, но на Зэрте его не было. Он погиб на орбите Сильвии, ожидая высадки, когда его корабль получил прямое попадание торпедой в отсек маршевого двигателя.
- Извни, не знал.
- Ничего.

Транспортный корабль сделал последние необходимые манёвры и вышел на орбиту «Зэрты-6». Взгляду Капустина открылся вид с орбиты на жёлто-коричневую планету. Даже отсюда было видно, что планета безжизненна. Её поверхность напоминала подгоревший блин, надетый на футбольный мяч. Миша поёжился.

Группа Макарова уже полтора месяца копала базу флота на Зэрте, работали посменно, по два часа. Время от времени приходилось выбрасывать приходившие в негодность скафандры. Более половины студентов из группы явно жалели о том, что поддались на соблазн заработать приличные деньги и получить отметки об участии в раскопках предпоследней категории сложности. Сложнее считались только раскопки категории «А», но на них студентам доступ был закрыт законодательно. Только профессионалы с многолетним опытом раскопок за спиной могли рассчитывать на участие в экспедиции этой категории сложности. Хотя, раскопки шли неплохо. Группа находила оружие, личные вещи защитников и нападавших. Было удивительно, насколько быстро на этой планете пыльные бури скрывали следы прошлого под метрами песка и наносных пород. Было такое ощущение, что бой произошёл не сорок лет назад, а четыреста. Частично это можно было объяснить орбитальной бомбардировкой. Капустину не везло. У кого-то из группы счёт находок перевалил за два десятка, а он так до сих пор ничего не нашёл.
- Шестая смена, приготовьтесь к отправке на планету. – Прозвучал противно искажённый системой внутрикорабельной связи голос.
Миша поднялся с кровати. Он был одним из шестой смены.

Два часа, отведённые шестой смене на раскопки уже подходили к концу, когда под специальным скребком-совочком Капустина что-то тускло блеснуло. Он взял щётку и начал осторожно расчищать место находки. Возведённые по периметру места раскопок заграждения, конечно, защищали от сильного ветра и пылевых бурь, но этот проклятый жёлто-коричневый песок, казалось, сыпался с неба, подобно дождю. Миша выругался про себя и начал активнее работать щёткой. В конце концов он извлёк на свет божий тёмный металлический медальон с вытравленным на поверхности набором букв и цифр.

Через полчаса после возвращения на базовый корабль его вызвал к себе Макаров. Как только Миша вошёл в его каюту, Олег Сергеевич предложил ему присесть. На столе, в специальном прозрачном контейнере, служащем, с одной стороны, для защиты находки от воздействия окружающей среды, а с другой, для защиты окружающих от радиоактивного излучения, которым фонила находка, лежал тот самый медальон.
- Михаил, эта находка имеет очень важное значение прежде всего для тебя. Ты знаешь, что это?
- Догадываюсь. Личный медальон?
- Да. Мы проверили по флотским архивам. Знаешь, кто был владельцем медальона?
- Кто?
- Михаил Александрович Капустин, младший лейтенант десантных войск Земной Федерации. Считался погибшим на орбите Сильвии. Но события на Зэрте-6 произошли спустя десять дней после высадки на Сильвии.
- Но как же… — Миша почувствовал, как земля уходит из-под ног. – Дедушка? Но ведь его корабль уничтожили на орбите Сильвии. Как такое может быть?
- Не знаю, но факт остаётся фактом. Он был одним из защитников Зэрты-6. – Макаров встал и прошёлся по каюте. – Знаешь, во время войны то и дело возникает различного рода путаница. Не всё успевают заносить в документы. Могло случиться всё что угодно… Единственное реальное объяснение, которое лично я вижу – он не погиб на орбите, когда в корабль попала торпеда, его спасли с разрушенного корабля, а поскольку его подразделение погибло, его включили в состав «Сварога». А через два дня он вместе со «Сварогом» был отправлен на Зэрту… Кстати, возможно не он один, возможно, выжил ещё кто-то из его сослуживцев. Будем копать... Гордись, Михаил, ты только что исправил один из моментов истории. – Макаров грустно вздохнул, — Многие смеются, мол, копаются в земле ради черепков и горшочков, но ты только что сам убедился в том, что мы – те, благодаря кому люди знают своё прошлое. Ладно, Михаил, иди, свяжись с родственниками, сообщи им новость.

Миша Капустин вскочил и пулей вылетел из каюты.
Месяц спустя экспедиция закончилась, и он вернулся на «Новую Самару». Решил отдохнуть дома пару недель, прежде чем устроиться на работу в какой-нибудь научный институт, занимавшийся историей и археологией. Хотя, на этот счёт ему особо беспокоиться не следовало. Начальник отдела экспедиций Авалонского Института Археологии ясно дал ему понять, что будет рад видеть его среди сотрудников института. Дома Мишу ждали родители, которые первым делом показали ему звезду героя, лежащую в зале, в нише шкафа на маленькой подушечке. Отец рассказал, как неделю назад к ним в дверь постучались три флотских офицера в парадной форме. Один из них зачитал приказ о присвоении младшему лейтенанту десантных войск Михаилу Александровичу Капустину звания героя Земной Федерации, посмертно и вручил отцу, как ближайшему родственнику, приказ и награду.
А на Авалоне, рядом с домом правительства на мемориальной доске защитников Зэрты-6 появилась ещё одна фамилия.

Спасибо за рассказ.